00:09 

•†1/4 of LOVE †•

•†Lonely†•
•†Что само ушло, может само и вернуться.†•
1. ЖЕЛАНИЕ


Желание – самая понятная, физиологическая и как будто даже физически заданная сторона любви, что стереотипно выражено в ее магнетической метафоре. В поле заложена предрасположенность стать полюсом, в направлении которого из другого полюса течет ток. Между любящими возникает магнитное поле, их все время тянет друг другу, хочется быть так близко, чтобы уже не отличать себя от не-себя. Пространство искривляется, перестает быть однородным, в нем все обретает вектор, каждая вещь и событие, словно опилочка, разворачивается вдоль линий магнитного протяжения, все говорит о тебе и показывает на тебя. Можно бесконечно воображать другого, мысль о нем никогда не пресытит, не наскучит, притом что реальное лицо почти невозможно представить: оно все время расплывается в потоке бегущих от него энергетических частиц, оно слепит, светит настолько сильно, что засвечивает пленку памяти. Даже если перебираешь фотографии, чтобы вспомнить, все равно тут же забываешь; не можешь насмотреться на это лицо своим невидящим взором, зато можешь подолгу с ним говорить, мысленно обращаться к нему, даже его не видя.


Даже самое простое физическое желание в любви перестает быть хотением, поскольку оно направлено не на «что», а на «кого» – на того, кто сам способен желать, на встречное желание. Хотеть можно чего-то потребимого и сразу насыщающего: еды, воды, всяких материальных благ и удобств, в том числе и физической ласки. С утолением этого хотения, или похоти, оно исчезает и возникает снова в соответствии с природным ритмом. О желании язык говорит в связи с более отвлеченными материями: желание любви, познания, совершенства, славы, счастья, блага, власти, всемогущества... Желание не исчезает, потому что, во-первых, его нельзя полностью утолить, его предмет бесконечен; во-вторых, оно и не хочет себя полностью утолять, оно жаждет себя самого, своего продолжения и возрастания. Оно счастливо не разрядкой, а своей неутолимостью. Желая другого, я желаю сам быть желанным, я желаю утолять его желание. Желание разжигается в той точке, где оно отвечает на другое желание, где оно чувствует это горячее, неудержимое вопрошание другой плоти, ее раскрывание и исхождение, переливание через край – и само переливается ей навстречу. Нет ничего горячее этой встречи двух рвущихся навстречу друг другу теплот. Это замедленный взрыв, который изнутри переживается как бесконечное простирание друг в друга. И нет ничего убийственнее для желания, чем иметь дело с «продажной любовью», точнее, «безлюбой продажей», когда вместо ответного желания оно ощущает лишь наличность плоти, предложенной в обмен на другую наличность.

Но желание – это не только телесное влечение, но и душевная невозможность обойтись без другого. Душа испытывает почти телесное жжение, срочную, неутолимую потребность прикипеть к душе другого – и чтобы это длилось и длилось, чтобы можно было входить в нее бесконечно. Как и тело, душа все время хочет увеличивать меру своей близости с другой душой, и если позавчера еще можно было говорить о политике и литературе, а вчера о мистике и метафизике, то сегодня хочется говорить только о том, что составляет тебя и меня, только о нас, только о любви, о самом сокровенном, что есть ты и я в отношении друг к другу. Всякая иная предметность, возникающая между нами, начинает томить и раздражать, как преграда для внутренней близости. Лишь потом, когда произойдет прорыв и души начнут дотягиваться друг до друга хотя бы кончиками пальцев, предметность может вернуться и разлиться широко, на всех и на все, потому что оно уже не мое и не твое, а наше. Душа другого человека – вот главный предмет желания. Чтобы эта душа была мне открыта, ждала и изливалась мне навстречу – словами, чувствами, признаниями, вопросами, загадками, отгадками. День и ночь заполнены этим внутренним разговором, этой жаждой непрерывного душевного и духовного общения: как будто в другом открылась какая-то бездна, в которую тебя влечет, и все, что есть в тебе, может поместиться в этой бездне: она все поймет, охватит, объемлет, у нее нет границ. Все, что есть в тебе, обращается к этому человеку, рассказывает ему, спрашивает, отвечает на его вопросы и задает их себе от его имени. Все, что есть ты, все твои мысли, переживания, слова, образы, превращается в сплошной неостановимый поток, несущийся навстречу другому. И странное, порой страшное чувство охватывает тебя - что ты себе уже не принадлежишь, что есть только это неистовое исхождение из себя в надежде на то, что другой тебя примет и даст место в своей душе. А иначе тебе некуда идти, твой дом уже пуст, полуразрушен, брошен впопыхах, как при бегстве, и если другой не даст тебе прибежища, ты станешь странником, тенью, тебя просто не будет.

Сила душевного желания такова, что им можно все приобрести, но и все потерять: это ставка на бесконечность. Поэтому желание неотделимо от страдания, которое порой выступает даже как синоним целой любви: «он страдает по ней», т.е. ему больно, мучительно без нее. Душа влечется к душе, хочет подолгу быть наедине с ней, срастаться с ней в одно целое, образовывать андрогина – зверя с двумя спинами и одновременно многоочитого ангела, который смотрит на мир глазами двоих, в растущих гранях и призмах, которые образуются взаимным преломлением их взглядов. Такие ангелы изображаются в кн. Иезекииля, они имеют вид колес, ободья которых полны глаз. Вот так и душе, душке, дужке хочется стать одним колесом с душой другого и катиться, катиться, неведомо куда, по всей земле, а раскатившись, уноситься и в небо, исчезать там, где никто не может настичь и постичь их, двоих.


URL
Комментарии
2009-05-26 в 01:05 

Arkeliil Iltelero
Esse quam videri
спасибо.У вас каждый пост-безумно верен.

2009-05-26 в 11:10 

I say "Fuck" a lot
просто нет слов.

2009-06-07 в 13:49 

Жаль, не ставите значок цитаты, когда берете чьи-то мысли: www.topos.ru/article/4269

2009-06-14 в 18:06 

•†Lonely†•
•†Что само ушло, может само и вернуться.†•
Поставлю, это ж ещё не конец)

URL
     

•† 21 грамм †•

главная